Суббота, 24.06.2017
Электронные книги
Меню сайта
Категории раздела
электронные библиотеки [17]
е-бизнес [26]
e-book - за и против [39]
Software [4]
Hardware [8]
Авторское право [18]
Встреча с автором [10]
Выставки, ярмарки [5]
Новые книги [3]
Разное [54]
Принимаем к оплате:
WebMoney Transfer:

Проверить аттестат
Главная » Статьи » Авторское право

Пойманные одной Сетью
"Российская газета": Последние как минимум пять лет проблема авторских прав и интеллектуальной собственности в Интернете обсуждается с завидным постоянством и незавидным отсутствием результата. Как вы считаете, разрешима ли эта проблема в принципе, могут ли все заинтересованные стороны достичь консенсуса? И какие существуют правовые и технологические пути к разрешению разногласий?

Марина Жунич, компания Google: Да, есть разные точки зрения на эти вопросы, и высказываются они очень эмоционально. И проблема действительно острая. Интернет сегодня - это более триллиона уникальных URL. Сервисы, которые десять лет назад мы и представить себе не могли, сегодня позволяют нам находить практически любой контент. Только на YouTube в минуту выкладывают более 35 часов видео. Но, к сожалению, кроме создателей оригинальных и креативных материалов, встречаются и те, кто использует всемирную сеть для распространения контента, нарушающего права третьих лиц. С ростом размеров и значимости Интернета количество правонарушений в этой сфере растет. Мы уделяем большое внимание таким случаям и работаем над механизмами, которые позволяют эффективно справляться с этой проблемой на сервисах Google. Изменения, которые мы намерены ввести в течение ближайших нескольких месяцев, дополнят уже существующие технологии: процедуры реагирования на запрос об удалении контента, нарушающего права третьих лиц, на веб-поиске и YouTube и технологию идентификации аудио и видео СоntentID, которая позволяет правообладателю управлять своим контентом на YouTube. С помощью этих разработок мы надеемся внести свой вклад в решение сложного вопроса - эффективного управления контентом и исполнения требований авторского права в быстро меняющемся мире высоких технологий.

Юрий Хазанов, компания Google: Я отвечаю за партнерскую программу Youtube по Восточной Европе. Коротко расскажу о нашей технологии ContentID, которая позволяет правообладателю защищать свой контент на YouTube. Загрузить "чужой" ролик под видом оригинального теперь нельзя. Система позволяет быстро идентифицировать пользовательские копии контента, который нам дают их правообладатели. Им и решать, что делать с этими копиями, например, блокировать их или монетизировать. Как система работает? Правообладатели, участвующие в программе ContentID, предоставляют нам образец своего контента. Прежде чем разрешить ролик, загруженный любым пользователем к публикации на YouTube, мы сверяем его с такими образцами. Если образец и загруженный файл совпадают, правообладатель может его заблокировать, отследить или монетизировать - то есть получать за него деньги. На сегодняшний день на платформе YouTube при помощи программы ContentID правообладатели заявили о правах на более чем 100 миллионов видеороликов; база данных ContentID составляет около 4 миллионов образцов (это около 300 тысяч часов видеоматериалов). С нами сотрудничают практически все ведущие производители контента, включая 18 российских компаний.

РГ: Если правообладатель требует заблокировать тот или иной ролик, что говорят пользователи? Они не возмущаются?

Жунич: Пользователям объясняют, по какой причине контент заблокирован. Если они не согласны, то могут оспорить решение. Но, как правило, они этого не делают, так как не имеют авторских прав. Другое дело, что иногда случаются конфликты между двумя правообладателями. Тогда все решается на основе закона и судебных решений.

РГ: Если в двух словах, то как выглядит вся эта процедура борьбы с пиратством? Кто и куда жалуется, кто и на что имеет право?

Марина Жунич: Правообладатель имеет право на то, чтобы пожаловаться на нелегальное использование его материалов. На YouTube, например, он направляет нам уведомление, в котором должен быть указан конкретный адрес, по которому находится видео, права на которые по мнению правообладателя нарушены. Далее спорный материал можно снять, а можно монетизировать. Если правообладатель хочет монетизировать копии такого видео, то на копиях будет реклама, а правообладатель будет получать от этого деньги. Так работают все главные музыкальные лейблы.

Пользователь также может пожаловаться в ответ на уведомление правообладателя, если он считает, что контент принадлежит ему. Допустим, если в частном видео использованы фрагменты музыки, на которую правообладатель заявляет свои права.

О плюсах и минусах такой системы, думаю, надо спрашивать не у нас, а у наших партнеров, которые ею пользуются. Но важно, что сам такой подход отражает новую философию в отношении к авторскому праву. Если правообладатель выбирает опцию "монетизировать", то он решает оставить на нашей платформе незаконно скопированный у него ролик, существующий на пользовательских каналах, и выбирает возможность зарабатывать на нем деньги либо просто отслеживать и видеть статистику своей популярности, а не блокировать. Это приносит доход. И практика показывает, что только за один квартал прошлого года количество запросов на монетизацию у нас выросло в 200 раз.

Ирина Тулубьева, юрист в области авторского права, Всероссийская организация интеллектуальной собственности: А если правообладатель считает это полумерой и хочет получить компенсацию за пиратство? То есть не будущий доход от рекламы, а деньги здесь и сейчас?

Кирилл Карнович, телекомпания "Russia Today": У нас был случай, когда к нам обратился правообладатель и потребовал удалить одно из видео, авторские права на которые он счел нарушенными. Мы к таким запросам относимся крайне серьезно. На YouTube такая практика: если канал или пользователь получает три предупреждения, то его удаляют с хостинга и уничтожают весь его контент. Висеть на волоске нам абсолютно не хочется. Поэтому мы связались с автором спорного материала и попросили решить вопрос с правообладателем полюбовно. На что получили ответ: я, мол, продал свое видео каналу за 1200 долларов и не вижу никаких причин отзывать его. Мы выплатили эти деньги, предупреждение с нас сняли. Но сама ситуация была крайне неприятной.

Что же касается программы ContentID, то мы стали по ней сотрудничать с Google и Youtube в январе 2010 г. С того момента, как наш канал стал премиум-партнером, у нас не возникло никаких проблем с программой по защите авторских прав. То есть система защиты авторского права и действий в случае его нарушения работает, по нашей оценке, довольно просто и отлаженно.

Но надо пояснить, что политика RT в области лицензирования контента в первую очередь в том, чтобы не препятствовать распространению наших материалов в Интернете в целом - и на Youtube в частности. Главное, чтобы на картинке присутствовал наш логотип и имелась ссылка на сайт.

Тулубьева: По моему опыту, говорить об "отлаженной" системе защиты авторских прав (особенно в интернете) не приходится. Российское законодательство отличается от американского, да и наша правоприменительная практика опровергает идеальную картинку, которую сейчас нарисовали представители Google, И мне, например, неясно: если можно отследить пиратские видеосюжеты, почему так сложно сделать это с текстами, которые воруют сплошь и рядом?

Жунич: Мы начали разговор с хостинга YouTube для большей наглядности - в данном случае технически проще контролировать образцы загруженных материалов. Что же касается текстов, то в поисковой системе Google действует такая же процедура: правообладатель может заявить свои права на материал, который, как он считает, нарушает его права, заполнив специальную форму. И пожаловаться нам на то, что в результатах поисковой выдачи выходит нелегально скопированный у него материал - в том числе текстовый файл или картинка.

В настоящее время мы работаем над созданием инструментов, облегчающих правообладателям процесс подачи заявки по американской форме уведомления и снятия (DMCA). Для правообладателей, использующих эти инструменты, мы сократим время реагирования на запросы до 24 часов или менее. И усовершенствуем процедуру контр-уведомления для тех, кто полагает, что его контент удалили неправомерно.

К тому же мы будем удалять термины, тесно ассоциирующиеся с онлайн-пиратством, из подсказок, появляющихся в автозаполнении при поиске. Конечно, сложно сказать наверняка, по каким ключевым словам ищут нелицензионный контент, но мы приложим все усилия, чтобы предотвратить появление в автозаполнении терминов, которые наиболее часто используются с этой целью.

РГ: Например, "скачать бесплатно"?

Жунич: В том числе, хотя здесь тоже подход должен быть дифференцированным. Таких терминов немало. К примеру, мы всегда запрещали использование нашей программы AdSense на вебсайтах, предоставляющих нелегальный контент.

Мы будем работать и над тем, чтобы сделать авторизованный предпросмотр контента более доступным в результатах поиска. Многие пользователи хотят найти именно легальный контент, так что мы будем делать все возможное, чтобы его было легче индексировать.

В России Google выступает за законодательное урегулирование вопроса защиты авторских прав в Интернете, которое бы учитывало реалии развития технологий и сохраняло бы баланс между интересами правообладателей, пользователей и сервис-провайдеров.

РГ: Да, давайте перейдем к России. Технически права авторов в интернете защитить можно. Но как это происходит на практике? Судя по периодическим скандалам, - не всегда успешно. В чем вы видите законодательные проблемы в этой сфере, в каких изменениях наши законы нуждаются?

Тулубьева: Насколько я поняла, для Google главное - чтобы правообладатель сам обратился к ним с требованием защиты своих прав. "Автоматически" не происходит ничего. И упомянутого Вами закона "Об авторском праве" у нас сейчас не существует. С 2008 года эту сферу регулирует часть 4 Гражданского кодекса. И терминология существенно изменилась. Теперь у нас охраняются не авторские права, а некие результаты интеллектуальной деятельности. И хотя в остальном наш ГК примерно соответствует международным договорам, пока мы применяем закон, что называется, "вручную": каждый раз пишем претензии и подаем иски, которые далеко не всегда удовлетворяет суд.

Я сама не раз отправляла подобные требования на сайты, которые размещают ворованные материалы. Однако сайт кивает на то, что он всего лишь "площадка", и ответственности за действия пользователей не несет. Я считаю это в корне неверным. Да, конкрентый Вася Пупкин, нарушающий закон на своем блоге, виновен в нарушении авторских прав. Но виновен и тот интернет-ресурс, который предоставил ему такую возможность…

В 2006 году у нас была введена в ранг закона охрана авторских прав в интернете. Проще говоря, когда произведение используется в Сети (фильм, фонограмма или текст), то на два вида действий необходимо получить согласие с правообладателем по договору. Во-первых, на запись объекта. Во-вторых - на доведение его до общего сведения, то есть предоставление возможности его передачи третьим лицам. То и другое - исключительные права правообладателя. И когда говорят, что автор должен каждый раз писать какие-то заявления и отслеживать, где воруют его интеллектуальную собственность, мне это кажется несерьезным. Любой владелец портала или администратор сайта должен прежде всего заботиться о том, чтобы через администрируемый им интернет-ресурс не происходило незаконное распространение краденых фонограмм, фильмов и других объектов авторского права.

Способов фильтрации пиратского контента множество, о некоторых нам только что рассказывали. А почему их не применяют повсеместно, понять несложно. Популярные сайты или "социальные сети" таким образом повышают свою популярность, обеспечивают приток посетителей и зарабатывают деньги (в том числе и на рекламе). Лазейки в законе это позволяют.

Я, кстати, помню скандалы вокруг книг, выложенных в интернет без согласия авторов. Google эти конфликты улаживал, теперь книг для скачивания там не найти. Но в позиции его сегодняшних представителей я вижу некую двойственность. Деньги от рекламы получать можно. А платить авторам - нет.

Сергей Говядинов, юрист, компания Google: Судебная практика в отношении ответственности хостинг-провайдеров складывается, я согласен, противоречивая. В Москве одни прецеденты, в Санкт-Петербурге другие… Наша цель - найти выход и выработать такие модели сотрудничества между правообладателями и Интернет-площадками, которые в конечном итоге помогут сбалансировать интересы всех сторон - и пользователей, и правообладателей, и самих площадок.

У нас сейчас идет судебный спор с одной компанией, которая выбрала вариант судебной тяжбы, без обращения к нам с требованием удаления либо монетизации видео, на которое она заявляет свои права.

Мы имеем возможность убрать из доступа ролик, который выложен с нарушением прав автора. Но для этого правообладатель должен направить нам обращение. Можно стать партнером по договору и иметь возможность монетизации своего контента.

Что же касается судебной практики, то тут я сошлюсь на зарубежный опыт последних подобных дел в США. Мы выиграли в суде дело, где был заявлен иск на миллиард долларов, и доказали, что хостинг-провайдер не должен нести ответственность за действия пользователей. В Испании подобный случай - известное дело "Телецинко". Для правообладателя главное - защитить свои права и заработать, для пользователей - получить доступ к информации, у Интернет-площадок интерес в том, чтобы предоставить платформу и возможность размещения и распространения материалов, заработав на посещаемости площадки.

Сергей Плуготаренко, Российская ассоциация электронных коммуникаций: Да, на YouTube и прочих подобных порталах намного больше материалов, созданных самими пользователями (например, роликов, снятых на домашнюю камеру), чем произведений, охраняемых авторскими правами. Получается, что изначально площадка создавалась именно для частных пользователей. А потом на нее приходят крупные компании, представители той или иной "индустрии". Прикинувшись пользователями или заключив партнерский договор, они загружают свой контент, зарабатывая на нем деньги… Нужно отделять одних от других. Именно здесь и требуется, мне кажется, применять законодательные ограничения, лицензирование и т.д. для защиты авторских прав.

Олег Новиков, издательство "ЭКСМО": А на наш взгляд, основная борьба с пиратством должна быть основана на предложении качественного контента. Это основная альтернатива. Без этого, что бы мы ни делали, полного успеха мы не добьемся. Здесь я вижу основной фронт борьбы и главную маркетинговую (именно маркетинговую) задачу.

Не бороться с пиратством нельзя. Однако проблема не в законодательстве, хотя новая редакция 4 статьи ГК открывает пиратам массу лазеек. Проблема в правоприменительной практике. Чтобы добиться судебного решения, требуются три-четыре месяца. Прокуратура без судебного решения шевелиться не хочет. Письмо правообладателя, заверенные договора, обращения - все это никак не стимулирует владельцев пиратских порталов принимать какие-либо меры.

Проблема еще и в том, что большинство крупных пиратских ресурсов зарегистрированы не на территории России, а где-нибудь в Панаме или Гватемале. Не доберешься. Что делать в таких случаях, непонятно, и без помощи провайдеров проблему не решить. Здесь необходимо, чтобы правоохранительные органы активнее вели работу по установлению личностей владельцев пиратских сайтов - эти люди, в отличие от самих порталов, находятся на территории России. То есть с сайта надо выходить на его владельца, настоящего владельца, и предъявлять ему соответствующее обвинение. Но такой практики и таких наработок нет.

Елена Сизова, руководитель аппарата Комитета Государственной Думы РФ по культуре: Тема не новая, тема тяжелая. Мы вплотную занимаемся ею последние полгода. Некоторые участники сегодняшней дискуссии присутствовали и на заседании нашего "круглого стола" в Государственной Думе, который назывался "Вору. NET". Достаточно резкое название. Оно было придумано Ассоциацией теле- и кинопродюсеров, которые в основном и поднимали эту проблему в последнее время, хотя не молчали и другие кинематографисты, и книгоиздатели, и иные правообладатели.

Я согласна с Ириной Тулубьевой в том, что с точки зрения законодательства на сегодняшний день у нас произведения или фонограммы в сети Интернет защищены. Действительно, есть такое право, как доведение до всеобщего сведения, а также право на воспроизведение. Они принадлежат только самому автору или правообладателю, и никому более. Получить эти право надо так, как написано в четвертой части Гражданского кодекса, где все процедуры определены достаточно понятно. Когда все видят, что происходит в Интернете, и разводят руками - мол, мы ни за что не отвечаем и никто не виноват, - это, по меньшей мере, лукавство. К такому же выводу пришли и мы, обсуждая проблему в рамках нашего комитета.

Более того. Представители Ассоциации теле- и кинопродюсеров предложили крупным Интернет-провайдерам подписать соглашение, в котором были бы очерчены рамки совместного сотрудничества. Но это предложение не нашло поддержки именно со стороны крупнейших участников Интернет рынка - Coogle, Яндекса и других. Отговорка, что мы будем защищать ваши права только в том случае, если вы к нам обратитесь, для меня как юриста не имеет никакой основы. Это ваше благое пожелание, достаточно цивилизованное, но не более того. Что значит нет ответственности за нарушение? Она есть, и административная, и уголовная. И, на мой взгляд, никто ее с вас не снимает.

Но дальше возникает очень сложный вопрос. К сожалению, на сегодняшний день нет законодательства, которое было посвящено Всемирной Сети. Не защите авторского права в Интернете, а именно ему самому. Что это такое, как он структурирован, кто в нем работает, какие там взаимоотношения, где субъект, где объект права... Сколько мы ни собирали свою рабочую группу, каждый раз приходят разные люди и говорят на своем языке. Например, на моей памяти уже высказывалось не меньше восьми определений, кто такой провайдер или владелец сайта в интернете. Поэтому тяжело идет и судебная практика. Да и изменения в 4 часть ГК, на мой взгляд, предложены очень неудачные. И пока в законодательстве не появится четкий понятийный аппарат, общего языка нам не найти и мучиться мы будем долго.

Никакие законы не защищают тех, кто работает на территории России, на русском языке в Интернете с пиратской продукцией. Поэтому в таком лояльном (и затуманивающем суть проблемы) тоне я бы сейчас на эту тему не говорила. Разговор должен идти гораздо жестче, с пониманием всей степени ответственности за нарушение авторских прав. Тем более что правообладатели в конце концов научатся и правильно подавать иски, и выигрывать суды. Так уже происходило на заре фонограмм или развития киноиндустрии. В нашей стране все двигается долго и не просто. Но лучше все-таки сразу о главном договориться "на берегу".

Говядинов: Пока, по-моему, в нашей беседе сталкиваются две крайние позиции. Правообладатели настаивают на том, что всю ответственность за нарушение чьих-то авторских прав должны нести Интернет-площадки, а с пользователями они разбираться не хотят. Интернет-площадки защищают противоположную точку зрения: мы ни за что не отвечаем. Тупик.

А главное, споря и "бодаясь" друг с другом, не забывать, что есть огромная, многомиллионная группа заинтересованных лиц - пользователи сети Интернет. Их интересы нельзя не учитывать. Если будет принято решение, что Интернет-площадки должны модерировать и фильтровать загружаемый на них контент и несут ответственность априори (неважно, были они уведомлены или нет) - это приведет к массовому закрытию и банкротству площадок. Кому от этого по большому счету станет лучше?

Тулубьева: Мне это, извините, кажется демагогией. Администрирование и фильтрация контента необходимы, и мировая практика показывает, что это возможно.

Вадим Самойлов, музыкант группы "Агата Кристи", член Общественной палаты РФ: Я, к примеру, каждый день сталкиваюсь с тем, что производятся пиратские компакт-диски. Как вы будете следить, зачем человек покупает болванку CDRom? Вы будете спрашивать его в магазине, что он на этом диске собирается разместить? По сути, вы сейчас предлагаете делать то же самое.

Тулубьева: Нет, это вещи не одного порядка. Я хочу напомнить про такое юридическое понятие, как ответственность без вины. И о риске предпринимательской деятельности. Юридическое лицо несет ответственность всегда, за исключением случаев форс-мажора (пожара, наводнения, стихийного бедствия...). Таков закон. Значит, сделайте вашу площадку безопасной с точки зрения авторского права и смежных прав, чтобы на нем не было пиратского контента, вот и все. Обещать, что вы его уберете, "если к вам обратятся", - это полумеры.

Виктор Осипов, Российский союз правообладателей: Конечно, есть пираты и "бескорыстные", нарушающие закон просто в силу безнаказанности и неуважения к чужому творческому труду, но большинство таких Интернет-ресурсов все-таки неплохо зарабатывает. И если не на продаже краденого, то на рекламе.

Жунич: Если есть конкретные случаи, то почему вы не обращаетесь к нам? Наша позиция на этот счет публично заявлена. Здесь мы имеем дело с технической природой Интернета. Мы физически не можем проверять контент перед его загрузкой в Интернет. Но стараемся как можно более жестко реагировать в каждом конкретном случае.

Владимир Харитонов, Ассоциация Интернет-издателей: А почему портал, который дает автору возможность опубликовать свое произведение, должен его проверять? Каждый человек, снявший видео, обладает на него правами. Любые Интернет-сервисы (в частности, YouTube и аналогичные службы на Яндексе или Мейл.ру) работают за счет гигантской армии таких правообладателей, которые вполне довольны существующим положением дел. Среди этих правообладателей есть правонарушители, их надо искать, штрафовать и т.д. Но это задача правоохранительных органов, а не Интернет-платформы. И как именно портал должен это делать? У нас в законе не прописана процедура регистрации автором своего произведения, нет регистра музыкальных произведений, фото или видео. Право на воспроизведение возникает "по факту".

Представьте, что идет дождь. Как можно от него спастись? Можно закидать тучи цементом с самолета. Но рано или поздно дождь все равно пойдет. Можно бегать за каждой каплей, поджигать ее и ждать, когда она испарится. Можно пригласить шамана. Но, наверное, лучше всего будет зайти куда-то под крышу. Наладить систему водоотвода. И даже приделать к ней моторчик, чтобы зарабатывать на этом потоке деньги.

РГ: Кто виноват, каждая из сторон давно решила. Но, может, есть ответ и на другой вечный вопрос - что делать?

Александр Акопов, Ассоциация теле- и кинопродюсеров: Последние пару месяцев мы находимся в прямых переговорах с крупнейшими Интернет-площадками на тему того, как мы будем дальше жить. Теоретическая часть дискуссии давно закончена. Все признали, что права надо соблюдать, и они их соблюдать будут. Но "конструктив" начался лишь тогда, когда мы сами как правообладатели разделили свой продукт на несколько категорий, и поняли, что нам в первую очередь требуется от Интернет-площадок.

Есть прокатное кино, есть телевизионные сериалы и тот немногочисленный продукт, который предназначен непосредственно для размещения в Интернете. У телесериалов своя модель окупаемости - они оплачены телевидением. Мы не против на них заработать еще раз в Интернете, но это в принципе не так важно. А вот второй категории нашей продукции - фильмам, которые выходят в прокат - интернет категорически мешает. Понятно, что на следующий день после премьеры эти фильмы уже можно обнаружить где-то в Сети. Это нарушает их "схему выживаемости".

Мы объяснили нашим коллегам на переговорах, что в отношении прочих категорий продукции мы готовы "подвинуться", но эту площадку - прокатные фильмы - надо зачистить. Сами придумайте для этого законы и механизмы. В данном случае закон есть, но его недостаточно. Есть соглашения сетей, парафированные многими странами, и Россия к ним рано или поздно присоединится. Но нужны механизмы, которые позволяют законом пользоваться. Пока же мы хотим на этой важной для нас категории продукта проверить добрую волю наших партнеров. Если они помогут нам справиться с очевидной для всех проблемой и помочь русскому кино выжить, тогда можно искать точки соприкосновения дальше.

Я уверен, что рано или поздно Интернет тоже станет территорией закона. Думаю, необходимо создать некую межотраслевую организацию, в которую войдут люди, которые понимают, что такое интеллектуальная собственность и почему она должна жить. В эту категорию попадают и правообладатели (киношники, телевизионщики, книгоиздатели и другие), специалисты, занимающиеся патентами и изобретениями, а также все серьезные интернет-площадки, потому что все они тоже правообладатели. Но пока они, видимо, не торопятся просто потому, что взвешивают экономические плюсы и минусы такого шага.

Дмитрий Миразимов, компания Bazelevs: Нас тоже в первую очередь интересует защита авторских прав нашего кино. Весьма показателен пример недавно вышедшего на экраны фильма "Елки". Он оказался очень популярным и кассовым. Естественно, перед началом показа многие пытались выложить этот фильм в Сеть. Нам приходилось бороться с ресурсами, которые пытались это делать.

Сложность еще и в том, что фильм как таковой у них на серверах не лежит. Торренты дают возможность соединиться всем компьютерам сети, имеющим этот файл, и скачать его. Ситуация очень опасная. Провайдер формально не нарушает ничьих прав и ни за что не отвечает...

Месяца два назад мы протесировали систему, которую предоставляет YouTube. Технически это выглядит так: выкладывается небольшой ролик, который содержит отрывки фильма, система его распознает. Все ролики с тем же контентом, которые выкладываются или уже выложены на YouTube, тоже распознаются и блокируются.

Тулубьева: Права крупных игроков, права господина Новикова или господина Акопова, я полагаю, рано или поздно будут защищены. Но я не уверена, что станут учитываться права простого, неизвестного, ни к какой "индустрии" не относящегося автора. Между тем функция авторского права - это стимулирование творчества. Когда говорят, что автор должен быть счастлив уже потому, что его произведение рекламируется в Интернете, в этом есть элемент демагогии. Стимулирование творчества означает оплату. При существующем положении дел автор, размещающий свои произведения в Интернете, не заинтересован что-либо создавать. Я имею в виду "настоящего" автора - профессионала, а не дилетанта. Того, чьи произведения не "художественная самодеятельность", а имеют цену и ценность.

Карнович: Интернет не надо сравнивать с книжными магазинами или той же "Горбушкой", где продают пиратские диски. Это совершенно другое, новое явление - рынок, который аккумулирует многомиллионные средства, в том числе выгодные правообладателю. Но у российских правообладателей какие-то, извините, замшелые представления. Вместо того, чтобы придумать и найти варианты взаимодействия с Интернетом и в конечном итоге на этом зарабатывать, они с Интернетом борются. На Западе давно поняли, что с Интернетом сотрудничать выгодно, и компании (в первую очередь звукозаписывающие) зарабатывают на этом миллионы долларов на Интернете. Нет никакой проблемы. Надо просто понимать, что Интернет закрыть не удастся. Это новая реальность, которую придется учитывать.

Осипов: Это не новая ситуация. Авторское право в принципе и возникло как ответ на развитие технологий. Начиная с изобретения книгопечатания. Потом появились звукозапись, радио, телевидение… Любые технические открытия подобного рода вызывали необходимость в правовом регулировании в этой сфере, обеспечении баланса между интересами потребителей и правообладателей. Авторское право развивалось параллельно с технологиями. Интернет - лишь очередная задача, которая тоже будет решена. Но нам надо понять, как это лучше сделать, чтобы избежать конфликтов, с одной стороны, и обеспечить законные интересы, в том числе, материальные, правообладателей.

Формально авторское право возникает у каждого школьника, написавшего сочинение. Однако авторское право как отрасль законодательства существует прежде всего для регулирования общественных отношений, связанных с гражданским оборотом объектов авторских прав. Пока не возникает споров и человек хочет просто "прославиться" - пожалуйста, для этого ему к юристам идти не надо. Раньше мог свои опусы на заборе расклеить, теперь выкладывает в Интернет. Необходимость правового регулирования возникает тогда, когда в игру вступает какая-либо индустрия, например, рекорд-бизнес, телевидение, книжные издательства, которые, скажем, инвестируют в производство фильма или издание книги, и рассчитывают на определенный материальный эффект. Интернет-технологии позволяют практически мгновенно сделать любое произведение достоянием огромного количества людей, но, полагаю, пришло время предпринять шаги и по созданию эффективных механизмов защиты интересов правообладателей.

Новиков: Думаю, Интернет-индустрия действительно сможет предложить правообладателям наиболее эффективные способы борьбы. Но хотел бы затронуть еще один аспект, на мой взгляд, очень важный - роль государства. Но не в законодательной сфере и не в правоприменительной практике, а в том, на что расходуются бюджетные деньги. Сегодня никаких грантов на борьбу с пиратством не выделяется. Хотя, казалось бы, это помогло бы стимулировать соответствующие разработки.

Есть и другое. От библиотек требуют сейчас оцифровывать книги. Из тех бюджетных денег, которые вообще выделяют библиотекам, 30 процентов предназначено именно на оцифровку контента. Что делают региональные или муниципальные библиотеки? Они не идут к правообладателям. Они даже не знают, где эти правообладатели и как с ними работать. Зато покупают на бюджетные деньги сканер. Искренне не понимая, что оцифровать книгу - это приобрести на нее права и только после этого предоставлять эти электронные версии своим пользователям. Сейчас они уверены, что если пропустили книгу через сканер, то они могут спокойно этими копиями пользоваться. Фактически получается, что государство, выделяя библиотекам деньги на такую "цифровизацию", не представляет, куда дальше пойдут копии, по сути - пиратские. А люди, сидящие за сканером, быстро делают из этого источник дохода.

Хотя бы подобные вещи можно было бы достаточно легко отрегулировать. Даже за 20 процентов денег, выделяемых сейчас государством, издатели готовы создать ресурсы, качественные электронные библиотеки, которые предоставляли бы пользователям доступ к легальному контенту.

Говядинов: Сегодняшний круглый стол очень явно показывает, что у разных категорий правообладателей интересы в корне различны. Одни используют существующие инструменты для блокирования незаконного контента или заработка на нем, другие перекладывают ответственность за такие действия на интернет - площадки и используют судебные процедуры для защиты своих прав . Но если убрать излишние эмоции, такие судебные процессы против интернет-площадок (примеры у всех на слуху) - тоже способ коммерциализации своей интеллектуальной собственности. И важнее, наверное, не просто "бороться с Сетью" и быть вне рынка, а стать на нем одним из игроков и иметь с этого дивиденды. А не только кричать, что "в интернете все воруют"…

Некоторые участники нашего круглого стола нашли свои модели и методы такой коммерциализации, формулы заработка. Естественно, интернет-площадки, как и правообладатели, будут защищаться - не в наших интересах и не в интересах пользователей, чтобы площадки и поисковики закрывались. Но так и получится, если они станут терять по 5 миллионов за каждое нарушение. При этом Интернет-компании могут предложить правообладателям возможность продвижения их произведений на рынке. Мы как посредники готовы идти навстречу обеим сторонам. Здесь важно, какой выбор сделают сами правообладатели.

Вадим Самойлов: Здесь прозвучала очень важная мысль - о том, что, в конце концов, любой человек является правообладателем даже своего собственного портрета. Совершенно очевидно, что в Интернете будут развиваться разные модели. Например, когда какое-то вознаграждение будет получать не только обладатель многократно скачанного файла, но и просто некий Вася - популярная персона, которая привлекла к себе внимание, разместив веселый видеоролик. Сейчас в дискуссии пользователей площадок и правообладателей действительно не хватает еще одного сегмента: самого автора. Правообладатели - сложная конструкция, это зачастую индустрия, которая автора использует для своих коммерческих целей. Поэтому и позиция авторского сообщества во многом может существенно отличаться от позиции так называемого правообладателя. ИИ позиция эта достаточно интересная - я думаю, что в Общественной палате мы вскоре займемся этим вопросом.

И, кстати, пытаясь вести борьбу с пиратством на физических носителях наша индустрия расползается в разные стороны, будто Лебедь, Рак и Щука, но ничего поделать с пиратами так и не может. Вот и сейчас - большие люди стремятся взаимодействовать, индустрия выставляет какие-то высокие прайсы… Но ничего не получится. Индустрии придется видоизменяться хотя бы потому, что при помощи Интернета каждый человек без посредников, без издательского лейбла будет спокойно действовать на подобных площадках, и будущее именно за таким вариантом.

Сизова: Один из вариантов решения проблемы пиратства, например, в киноиндустрии, таков. Здесь говорилось о том, что нет реестра объектов авторского права и непонятно, что охранять. Но, например, Министерство культуры или какая-либо другая организация могла бы взять на себя создание полного реестра фильмов, выходящих в Российской Федерации на экраны и затем отслеживать, чтобы их полные копии в Интернете доступны не были. Сделать это достаточно просто, так как фильмы, предназначенные к показу, имеют прокатное удостоверение, выданное Минкультуры, где четко обозначены все правообладатели.

Александр Алексеев, музыкальный обозреватель "РГ": Есть еще один момент. В России соврешено не работает культура оплаты скачивания музыки, книг или кино из интернета, хотя стоит это копейки. Трудно сказать, почему - если учесть, что диски очень дорогие, а скачать одну песню в хорошем качестве стоит 4 рубля. А индустрия СD и DVD у нас, к сожалению, практически умерла. Хотя диск той же "Агаты Кристи", последний двойной альбом, я думаю, с удовольствием бы купили, а не скачали многие, кто любит музыку. Другое качество звука, другое оформление…

Самойлов: У нас на сайте все материалы выложены бесплатно. Так лучше для рекламы, для нашего промоушена. Лучше пусть наш альбом скачают в хорошем качестве. А основной массив пиратского контента лежит на небольших региональных сетях, и далеко не все они беспокоятся о вопросах соблюдения авторского права и о качестве вообще. У нас есть служба, которая регулярно просматривает интернет, пишет письма с требованием убрать контент. Но вы сами понимаете, что это неэффективно.

РГ: "Не можешь воспрепятствовать - возглавь"…

Жунич: В Америке и в Европе 10 лет назад по всем этим вопросам тоже шли жаркие споры, однако в итоге компромиссы были достигнуты, а законодательство отрегулировано с учетом новых реалий. Законодательная база западных стран тоже далека от совершенства, и поэтому у нас по всему свету существует несколько рабочих групп, которые вырабатывают сейчас новые модели взаимоотношений с правообладателями и вместе решают, как быть дальше. И за последние 10 лет в ряде стран у нас практически до нуля сократилось количество судебных претензий правообладателей, осталось лишь несколько таких дел.

В России еще только предстоит окончательно разработать законодательную базу в отношении авторских прав в Интернете. Но лично я н

Источник: http://www.rg.ru/2011/02/28/krstgoogle-site.html
Категория: Авторское право | Добавил: OKSIGEN (01.03.2011) | Автор: Екатерина Добрынина
Просмотров: 1115 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Рекомендуем!

Форма входа

Поиск
Статистика
Copyright Web-Kniga © 2004 - 2017
Сайт управляется системой uCoz Яндекс.Метрика